Смогут ли школьники противостоять опасной информации в Сети
В России на базе образовательных организаций будут созданы кибердружины и медиапатрули. Они будут искать в сети запрещенную информацию и сообщать о ней в правоохранительные органы. Такая мера введена для противодействия «негативным социальным явлениям» среди молодежи. К деятельности дружин будут привлекать студентов профессиональных образовательных учреждений, однако в Госдуме также упомянули, что в такой работе могут участвовать и школьники…. «Вечерняя Москва» узнала у экспертов, насколько это оправдано.
© Вечерняя Москва
Вообще, сами по себе кибердружины — явление не новое. Такие добровольческие объединения начали появляться еще в 2023 году, в том числе на базе разных образовательных учреждений: школ, колледжей и вузов. Главная цель таких организаций — поиск опасных материалов в сети и передача информации о них в правоохранительные органы. Это могут быть, например, пропаганда суицида или запрещенных веществ, травля, фейки и призывы к нападениям на школы. Помимо этого, волонтеры кибердружин могут наткнуться на фото- или видеоматериалы с жестоким отношением к животным или людям…. В общем, деятельность эта, безусловно, социально полезная, но приятного в такой работе не много.
Поэтому одно дело, когда в ряды медиапатрулей и кибердружин вступают неравнодушные взрослые: учителя и преподаватели, если речь об образовательных организациях. Объяснимо участие в такой деятельности и студентов старших курсов. Но в органах власти говорят о привлечении в кибердружины еще и школьников. Для чего это может быть нужно и как подобная деятельность может на них отразиться?
Должно быть частью госполитики
Среди современной молодежи равнодушных к опасной информации в сети мало.
Даже не состоящие в организованных кибердружинах студенты и школьники, если натыкаются на деструктивный контент, передают информацию о нем в компетентные органы или организации. Об этом «Вечерней Москве» рассказывает директор Лиги безопасного интернета Екатерина Мизулина.
«За последние четыре года 87 процентов обращений, связанных с распространением деструктивного контента в сети, Лига безопасного интернета получает от молодых людей в возрасте от 11 до 36 лет. Россияне не проходят мимо опасной информации в сети. Они активно отправляют обращения по этой теме не только нам, но и, насколько мы знаем, в правоохранительные органы», — сообщает она.
По словам Екатерины Мизулиной, во многих регионах России уже давно функционирует большое количество волонтерских организаций, которые в той или иной форме занимаются деятельностью по выявлению противоправного контента в сети.
«Такие объединения сегодня есть почти в каждом городе. На мой взгляд, было бы правильнее объединить усилия этих разрозненных организаций, вместо того чтобы создавать новые. Нужно поставить перед ними четкие и единые задачи и цели», — подчеркивает она.
Екатерина Мизулина отмечает, что Лига безопасного интернета взаимодействует со многими подобными волонтерскими объединениями. В их рядах много активных и деятельных молодых ребят: часто они не только присылают материалы о распространении опасной информации, но и предлагают интересные и полезные инициативы.
«Вместе с тем я не считаю правильным привлекать школьников к работе с деструктивной информацией в сети, ведь большая часть опасного контента — не для детских глаз, это может быть вредным для психики такого юного человека. Кадры с насилием, живодерством, убийством людей, детской порнографией, сценами употребления наркотических веществ, насилием на межнациональной почве часто не под силу отсматривать даже взрослому. Именно такого контента в сети по-прежнему достаточно много, — отмечает эксперт. — На мой взгляд, крайне важно в первую очередь повышать уровень профессионализма сотрудников правоохранительных органов в части работы с опасной информацией и преступлениями в сети. В том числе устанавливать личности тех, кто совершает преступления, и собирать доказательную базу. Часто именно из-за отсутствия опыта, соответствующих навыков в сфере ИT или просто из-за нехватки кадров преступления так и остаются нераскрытыми».
Структурные подразделения, специализирующиеся на поиске опасной информации в сети и ее распространителей, должны быть созданы внутри силовых структур. Понятно, что на это нужны средства и время. Но это должно стать частью госполитики, ведь число преступлений с использованием интернета неуклонно растет из года в год.
Инициативные ребята
Необходимость в кибердружинах у нашей страны сегодня действительно есть. Так считает ветеран боевых действий, эксперт президентской платформы «Россия — страна возможностей» Владимир Сухинин.
«В нынешней ситуации информационное пространство — это фактически пятый фронт, новая линия боевого соприкосновения, где противостояние ведется постоянно. В любой момент противник может пытаться оказывать информационное воздействие на страну, граждан и отдельные социальные группы, используя интернет», — отмечает он.
Очевидно и то, почему государство предлагает привлечь к этой деятельности именно школьников и студентов, ведь современная молодежь — это люди, выросшие в условиях постоянного использования интернета и социальных сетей. Они лучше и быстрее ориентируются в цифровой среде, что становится их преимуществом перед старшим поколением.
«Школьники и студенты — это зачастую очень инициативные ребята, готовые участвовать во внеучебных мероприятиях, — отмечает Владимир Сухинин. — Правда, прежде чем организовывать такие кибердружины повсеместно, я считаю, нужно оценить уровень заинтересованности молодежи во вступлении именно в такие инициативные группы. Поиск негативного контента в сети занимает много времени. Станут ли этим заниматься, например, студенты-медики, у которых и без того достаточно нагрузки?»
Помимо этого, по словам эксперта, необходимо определить условия для вступления в кибердружины. Например, с какого возраста школьники могут это делать? Понятно, что это должны быть старшеклассники. Но у них ведь впереди важные экзамены: смогут ли ребята уделять достаточно времени такой волонтерской деятельности?
Школьники и студенты, претендующие на место в кибердружинах, должны быть подкованы в вопросах информационной безопасности: иметь представление о том, как отличать фейки от правды, и по каким ссылкам переходить не стоит. Далее для них должно быть организовано обучение, в котором они расширят свои знания, а также отработают, что и с каким контентом нужно делать: где просто отправить жалобу, а где обратиться в правоохранительные органы.
«Отмечу еще, что в этом вопросе важно стремиться к качеству, а не к количеству. Много кибердружин, среди которых мало грамотных ребят, — дело бесполезное, — подчеркивает эксперт. — Члены таких объединений должны стать настоящими специалистами. И уже они потом смогут обучать заинтересовавшихся ровесников, создавая новые кибердружины и увеличивая их численность».
Учит критическому мышлению
Кибердружины имеют все шансы стать сегодня одним из самых эффективных и понятных молодежи инструментов патриотического воспитания, ведь работа в них учит молодых людей критическому мышлению, умению распознавать и противостоять манипуляциям и фейкам, в том числе направленным на дестабилизацию общества.
«Когда студент или школьник осознанно блокирует деструктивный контент или разоблачает мошенническую схему, он совершает поступок в интересах своих сограждан, города и страны — это и есть прикладной патриотизм, — считает педагог, эксперт президентской платформы "Россия — страна возможностей" Раушания Бакирова, — ведь патриотизм сегодня — это не только знание истории и государственных символов, но еще и защита информационного суверенитета своей страны».
Увеличение числа кибердружин также может положительно отразиться и на уровне цифровой грамотности населения. Во-первых, потому, что школьники, участвующие в такой работе, через несколько лет сами повзрослеют. А во-вторых, потому, что они смогут делиться своими знаниями с семьей и друзьями: подсказать что-то старшему поколению и вдохновить более юное.
«Если мы правильно расставим акценты, участие в кибердружинах станет почетным делом! Нужно обозначить, что это не просто "мониторить контент". Быть членом кибердружины — значит быть цифровым лидером, обладающим уникальными компетенциями, — подчеркивает Раушания Бакирова. — Если участие в таком движении будет подкреплено бонусами, вроде предлагаемых дополнительных баллов к ЕГЭ или путевок в лагеря, это даст материальный стимул на старте, привлекающий школьников к этой деятельности. Но истинный престиж придет тогда, когда общество увидит в этих ребятах реальную защиту. Например, они будут спасать от мошенников сбережения пенсионеров или предотвращать травли в сети. В общем, кибердружины могут стать современным форматом "тимуровского движения", в котором гаджет — это инструмент созидания и помощи».
Рискуем сместить границы
Из всего упомянутого становится понятно, что необходимость в кибердружинах и медиапатрулях действительно есть. И все же один момент не дает покоя: а кто защитит самих молодых кибердружинников? Ведь взрослые стремятся оградить своих детей от негативного контента в сети. А тут, получается, подростки, пусть и старшеклассники, будут сами его искать….
«Целенаправленный поиск материалов, содержащих в себе, например, жестокость и насилие, несет огромный риск для школьника получить психологическую травму», — отмечает психотерапевт, многодетная мама Марина Грач.
Эксперт отмечает, что сама идея привлекать молодежь к мониторингу и борьбе с деструктивной информацией в сети весьма амбициозная, но она может обернуться очень серьезными последствиями, которые проявляться будут долго.
«В этом вопросе подростки очень уязвимы. У них еще не сформированы механизмы психологической защиты, как у взрослых, и не до конца развита префронтальная кора, которая отвечает за самоконтроль, прогнозирование последствий, подавление импульсов. Регулярный просмотр сцен насилия или любого другого запрещенного контента станет триггером для тревожности, снижения самооценки, нарушений сна и даже депрессии», — отмечает эксперт.
Причем постоянное потребление негативного контента может быть опасно и для взрослых. Такая деятельность истощает внутренние ресурсы, ведет к выгоранию и апатии. А для подростков это еще и фактор риска изменения поведения. Исследования подтверждают: при злоупотреблении деструктивным контентом подростки могут перенимать негативные ценности и модели поведения, использовать насилие в спорах для решения проблем. Регулярное погружение в мир жестокости смещает для ребенка границы нормы — агрессия становится обыденной.
«Если подросток изо дня в день видит только негатив, у него формируется искаженное представление о мире как о небезопасном, враждебном и жестоком месте. Это ведет к чувству бессилия и повышенной тревоге, — отмечает психотерапевт. — Психика у подростков неокрепшая: у нее нет инструментов, чтобы абстрагироваться и не пропускать весь этот ужас, с которым они могут столкнуться в интернете, через себя. Есть даже понятие "травма свидетеля" — когда мы видим на видео что-то чрезмерно жестокое и получаем ПТСР (посттравматическое стрессовое расстройство), как если бы участвовали в запечатленном событии сами. Для подростков риски заработать такую травму — выше».
Любой негатив воспринимается ими гораздо острее, чем взрослыми, и вызывает более сильный эмоциональный отклик.
«В общем, деятельностью кибердружин мы перегрузим незрелую нервную систему задачами, требующими ресурсов зрелой психики, хотя даже она не всегда их выдержит», — подчеркивает Марина Грач.
Никакого насилия
В таком случае не ясно, как стоит организовать деятельность школьников в кибердружинах, чтобы не навредить им. Понятно, что можно ввести ранжирование по возрастам внутри организации: какая категория за какой контент отвечает.
«Контент должен проходить первичную фильтрацию и классифицироваться взрослыми по степени опасности. Все, что связано с насилием, до школьников доходить не должно», — считает психотерапевт.
Такой вариант выглядит разумным. Но, кажется, цикл работы с контентом в кибердружинах достаточно короткий: нашел, выявил проблему, отправил жалобу или передал в правоохранительные органы. Есть ли смысл дробить его на отсеивание контента для других кибердружинников?
«Прежде чем предлагать детям бонусы за травмирующую работу, стоило бы подумать, как защитить психику старшеклассников от этих угроз. Для такой работы нужны профессионально подготовленные, психологически устойчивые взрослые специалисты, — уверена психотерапевт. — Лучше включить в образовательные программы курсы по кибербезопасности: объяснять алгоритм действий при столкновении с опасным контентом или мошенниками, чтобы они могли применять эти знания в повседневной жизни. Но не превращать школьников в волонтеров-модераторов. Ведь на деструктивный контент подростки могут наткнуться случайно, не ища его целенаправленно. Будет полезно, если ребята будут знать, что с ним делать».
В тему
Тимуровское движение появилось после выхода книги Аркадия Гайдара «Тимур и его команда». Главный герой этой истории вместе с друзьями тайно помогал семьям солдат и офицеров. Ребята вдохновили многих советских школьников, среди которых появились подражатели. Подростки помогали пожилым людям наколоть дров или прибраться на участке. Они работали в полях, собирали металлолом, помогали в госпиталях. И при этом исправно посещали уроки в школе. Тимуровское движение было настолько популярным, что вышло за пределы СССР: отряды возникли, например, в Болгарии, Польше и Венгрии.
Справка
Идея сделать кибердружины и медиапатрули более распространенными стала частью утвержденного комплекса мер по профилактике негативных социальных явлений в детской и молодежной среде на ближайшие четыре года. Всего там перечислено 41 мероприятие. В нем, например, предлагается блокировать информацию о нападениях на школы, чтобы минимизировать риски появления подражателей, а также проводить профилактические встречи с детьми.
